Понятие Рѕ внимании
Учебные материалы


Понятие о внимании



Карта сайта steklimdoma.ru

- Что, прямо сейчас? - спросила она, некоторое время пристально глядя на Джеймса, затем повесила сумку на плечо. - Не могу понять, почему? Чем скорее мы забудем об этом провале, тем лучше.

Мальчики последовали за Директрисой, когда она направилась к двери.
- Но никто не забыл об этом, Госпожа Директриса, - быстро проговорил Джеймс. - Об этом говорят повсюду вот уже все выходные. Люди действительно взбудоражены. Вчера во дворе дело почти дошло до драки, когда Маструм Джевелл услышал, как Ривис МакМиллан назвал Табиту Корсику лживой идиоткой. Если бы поблизости случайно не проходил Профессор Долгопупс, Маструм, возможно, убил бы Ривиса.

- Это школа, мистер Поттер, и школа, в ее самой простой форме, это место, где собираются молодые люди. Молодые люди время от времени склонны к размолвкам. Именно по этим причинам Хогвартс прибегает к помощи мистера Филча.

- Это была не просто размолвка, - сказал Ральф, выходя в коридор за Директрисой, - они были по-настоящему безумны. Ненормально безумны, если вы понимаете, что я имею в виду. Люди потеряли контроль во всем этом деле.

- Значит, как верно заметил мистер Поттер, счастье, что профессор Долгопупс был неподалеку. Я не понимаю, почему это так вас волнует.

Зейну приходилось бежать, чтобы не отставать от шага директрисы.
- Ну, дело в том, что нам просто интересно, почему вы позволяете всему этому продолжаться? Я имею в виду, вы же были на месте Битвы. Вы знаете, каким был этот парень Волан-де-морт. Вы бы могли просто рассказать об этом, поставив Табиту на свое место - это было бы правильно…

Внезапно МакГонагалл резко остановилась, заставив ребят затормозить возле нее.
- Позвольте спросить, что вы трое хотите, чтобы я сделала? - сказала она, понижая голос и пристально разглядывая каждого из них. - Правда о Темном Лорде и о его последователях была известна в течение тридцати лет с тех пор, как он убил ваших дедушку и бабушку, мистер Поттер. Вы полагаете, что мое повторное заявление развеет ревизионистские взгляды толпы, которые существуют не только в этой школе, но и во всем мире? Ммм?

Ее глаза напоминали бриллиантовые осколки, когда директрисса посмотрела на них. Джеймс вдруг понял, что дебаты взволновали ее намного больше, нежели им показалось.
- И даже если я вызову мисс Корсику в свой кабинет и строжайше запрещу ей распространять эту ложь и перевирание фактов... Неужели вы всерьез предполагаете, что "Прогрессивный Элемент" так просто сдастся? Как вы думаете, сколько времени пройдет до того, как в "Ежедневном Пророке" появится статья о том, что администрация Хогвартса под руководством Департамента Мракоборцев пытается задушить "свободный обмен мнениями на территории школы"?

Джеймс был поражен. Он ведь был убежден, что Директриса просто потакает Табите Корсике по непонятной причине, позволяя той продолжать свою деятельность. Для него стало откровением, что МакГонагалл не могла, по сути, решить эту проблему, не ухудшая ситуации.

- Так что же нам делать, мэм? - спросил Джеймс.

- Нам? - переспросила МакГонагалл, вскинув брови. - Мой дорогой Джеймс, сознаюсь, что вы изумляете и поражаете меня. Несмотря на то, что вам может казаться, будущее магического мира, на самом деле, не лежит на плечах вас и двоих ваших друзей.
Увидев выражение досады на его лице, она подарила ему одну из своих редких улыбок. Она немного наклонилась, чтобы говорить более доверительно, обращаясь ко всем трем мальчикам.

- Оживлять воспоминания о Темном лорде непростое дело для тех из нас, кто хоть раз сталкивался с ним вживую. Это каприз непостоянного мнения простого народа и, как это ни раздражающе, это пройдет. Между тем, вы трое можете посещать лекции, делать домашнее задание и продолжать быть умными и сильными сердцем мальчиками, какими вы, очевидно, являетесь. И если кто-нибудь рядом с вами попытается сказать, что Том Реддл был лучшим человеком, чем Гарри Поттер, у вас есть мое разрешение, даже мой приказ - превратить его тыквенный сок в тухлую воду.
Она серьезно обвела взглядом мальчиков, одного за другим.
- Просто скажите им, что я велела вам практиковать это особое заклинание. Ясно?

Зейн и Ральф ухмыльнулись друг другу. Джеймс вздохнул. МакГонагалл коротко кивнула, выпрямилась и бодро продолжила свой путь. После пяти шагов она обернулась.

- И, мальчики?

- Да, мэм? - сказал Зейн.

- Два резких взмаха и слово "Нургламониас". Акцент на первый и третий слог.

- Да, мэм! - ответил Зейн, ухмыляясь.

Учебный год перевалил через осень, приблизились зимние каникулы. Футбольное поле покрылось ковром из листьев, шуршащих и разлетающихся под ногами Маггловской Учебной команды профессора Карри. Неофициальный футбольный турнир закончился победой команды Джеймса. Джеймс лично забил победный гол, третий за день вратарю Хоресу Бирчу, гремлину из Когтеврана. Его команда собралась вокруг Джеймса, прыгая и крича, словно они только что выиграли Кубок школы. На самом деле, команда победившего факультета получала от профессора Карри сто очков, что было лучшим призом, какой она могла предложить. Команда окружила Джеймса, подняла его к себе на плечи и понесла во внутренний двор школы, словно он только что вернулся, одолев дракона. Он широко улыбался, его щеки раскраснелись на холодном осеннем ветру, а настроение было лучше, чем в течение всего предыдущего года.

Классное расписание и домашняя работа, которые так пугали в первые недели, стали скучными и предсказуемыми. Профессор Джексон задавал бесконечные устрашающие эссе и проводил внеплановые контрольные на своих занятиях каждые пару недель. Зейн рассказывал Джеймсу и Ральфу забавные истории о столкновениях между профессором Трелони и мадам Делакруа на его ночных занятиях по вторникам в Астрономическом клубе, отчасти управляемом обоими профессорами.

Что касается квиддича, Джеймс продолжал осваивать искусство полета на метле с помощью Теда и Зейна, пока не начал ощущать осторожную уверенность в том, что он реально сможет попасть в команду Гриффиндора в следующем году. Он начал мечтать о том, как получше выступить на отборочных следующей весной, чтобы затмить все воспоминания о попытке своего первого года. Зейн, в свою очередь, продолжал необычайно хорошо летать для Когтеврана. Несмотря на свои маггловские корни, оставаясь уникумом, он изобрел движение, которое назвал "жужжащая башня", в котором он отбивал бладжер вокруг ложи для журналистов, позволяя тому набрать скорость по окружности, и затем встречал его на другой стороне, отбивая уже с большей силой и немного меняя направление. Используя этот трюк, ему удалось сбить с метел двух игроков, с извинениями отправив их на небольшой визит в больничное крыло.

Жизнь Ральфа на факультете Слизерин какое-то время была унылой. Табита никогда открыто не говорила с ним о его дезертирстве со сцены на дебатах или о несдержанности на встречах Прогрессивного Элемента. Джеймс и Зейн поняли, что она прекратила все отношения с ним, когда он снова стал другом Джеймса. В конечном итоге, старшие Слизеринцы просто забыли про Ральфа, исключая несколько прохладных взглядов и ехидных замечаний в общей комнате Слизерина. Затем, неожиданно, Ральф начал помогать некоторым студентам Слизерина первого и второго года обучения. В отличие от владельцев голубых значков, никто из них, казалось, не был заинтересован в расширении своего кругозора относительно политики и первопричин. Конечно, даже первогодки в Слизерине могли быть изворотливыми обманщиками, но парочка из них, казалось, так искренне полюбили Ральфа, что даже Джеймс решил, что они забавные, в своем роде.

Защита от темных искусств стала любимым предметом Джеймса, Зейна и Ральфа. Профессор Франклин преподавал очень практичный предмет, со множеством волнующих историй и примерами из реальной жизни, из его собственных всевозможных долгих, буйных приключений. Джеймс, что никого не удивило, был очень хорошим дуэлянтом. Он признавался с застенчивой улыбкой, что многим оборонительным позициям научился у своего отца. Никто, тем не менее, включая Джеймса, не хотел выходить на дуэль против Ральфа. Казалось палочка Ральфа проявляла невероятное бессистемное мастерство, когда он применял оборонительные заклинания. На своей первой дуэли Ральф попытался применить простое заклинание Экспеллиармус на Виктории. Он направил на нее свою волшебную палочку, и из ее конца выстрелили голубые молнии, опалив волосы Виктории так, что на макушке образовались проплешины. Ощупала их руками, глаза полу-вейлы почти вылезли из орбит. Она яростно закричала, и лишь три ученика смогли оттащить ее от Ральфа, намного превосходящего ее размерами. Ральф пятился, усиленно извиняясь, кончик его палочки дымился.

Лишь однажды вечером в общей комнате Когтеврана нашелся тот, кто опрометчиво заговорил о дебатах с Джеймсом, Зейном и Ральфом. Они только закончили свою домашнюю работу, когда высокий четверокурсник по имени Грегори Темплтон сел за стол напротив них.

- Эй, вы двое участвовали в дебатах, так ведь? - спросил он, указывая то на Зейна, то на Ральфа.

- Да, Грегори, - ответил Зейн, запихивая свои книги в сумку, его голос выдавал величайшую нелюбовь к старшему мальчику.

- Ты тот, что был за столом вместе с Корсикой, так? - сказал Грегори, поворачиваясь к Ральфу.

- Ээээ, да, - ответил Ральф - но...

- Ты передай ей от меня, она права в своих замечаниях, да? Я читал книгу, где рассказывается все обо всем этом. Она называется "Замысел Дамблдора", и там все о том, как старик и Гарри Поттер состряпали все это, от начала до конца. Вы знали, что они создали всю историю о Реддле и Крестражах в ночь, когда старик умер? Кое-кто даже говорит, что Гарри Поттер сам убил его после того, как было разработано все это.

Джеймс постарался сдержать свой гнев. Ровным голосом он спросил у Грегори:
- Тебе известно, кто я такой?

Зейн тяжело уставился на бутылку в руке Грегори.
- Эй, - спросил он с вынужденной небрежностью, тайком направляя свою палочку, - что это ты пьешь?

Девяносто секунд спустя Джеймс, Зейн и Ральф выбирались из-за общего стола, который Грегори весь оплевал тухлой водой.

- Практика! - кричал Зейн, уворачиваясь от мокрых цепких рук Грегори. - Я клянусь! Я просто практиковал трансфигурацию! Твое питье случайно попалось на дороге! Спроси МакГонагалл!

Трое мальчиков счастливо выскользнули из комнаты, громко смеясь над устроенным хаосом.

На Рождественских каникулах Джеймс собирался отдохнуть. После обеда в последний день семестра он отправился в спальню Гриффиндора, чтобы собрать свои вещи. Небо за окном башни было холодным и серым, заставляя его пожелать немедленно оказаться сейчас в доме под номером двенадцать на Площади Гриммо с чашкой горячего шоколада Кикимера в руках. Состав напитка был довольно сложным, по последним подсчетам, он включал в себя четырнадцать неизвестных компонентов, в число которых, как он был уверен, входила щепотка настоящего шоколада.

- Эй, Джеймс! - раздался голос Ральфа с лестницы. - Ты там?

- Да, поднимайся, Ральф.

- Спасибо, - Ральф запыхался, поднявшись по лестнице, - я пришел сюда после обеда с Петрой. Она сказала, что ты здесь пакуешь вещи. Умираешь от желания уехать, я так понимаю.

- Еще бы! В этом году мы все собираемся в нашей старой штаб-квартире на праздники. Дяди Джордж и Рон, тети Гермиона и Флер, Тед и его бабушка Виктория, даже Луна Лавгуд, ты ее не знаешь, но она наверняка тебе бы понравилась. Это самая странная взрослая, которую я когда-либо встречал - в хорошем смысле. С большой вероятностью там будут также бабушка и дедушка. В этом году они отправились навестить Чарли и остальных в Праге. Еще, как мне кажется, Невилл тоже будет там. Я имею в виду профессора Долгопупса.

Ральф мрачно кивнул, глядя на чемодан Джеймса.
- Звучит классно. Да, что ж, тогда я надеюсь, у тебя будет счастливое Рождество и все такое.

Джеймс прекратил паковать чемодан, вспомнив, что отец Ральфа уехал по работе на все каникулы.
- Ох, да... Что ты будешь делать, Ральф? Проведешь Рождеcтво со своими бабушкой и дедушкой или как?

- Хм? - сказал Ральф, глядя вверх - О, нет. Все идет к тому, что я зависну здесь на все каникулы. Зейн не уедет до следующей недели, так что, по крайней мере до выходных мы будем торчать тут вместе. После этого... Я буду предоставлен сам себе.
Он вздохнул.

- Ральф, - спросил Джеймс, бросая в чемодан пару не подходящих друг к другу носков, - ты не хочешь поехать и провести Рождество со мной и моей семьей?

Ральф попытался выглядеть удивленным.
- Что? Нет, нет... Я совсем не хочу вклиниваться в ваше большое семейное собрание после всего, ты знаешь... Я не могу. Нет..

Джеймс нахмурился.
- Ральф, ты идиот, если не поедешь со мной на каникулы, я лично применю к тебе случайную трансфигурацию твоей же собственной палочкой. Что насчет этого, ну?

- О, это серьезная угроза! - воскликнул Ральф, затем его лицо озарилось улыбкой. - А твои мама и папа не будут возражать?

- Нет. Сказать по правде, со всеми этими людьми, которые там соберутся, скорее всего, они даже не заметят.

Ральф вытаращил глаза.
- Я имел в виду, я был... ты знаешь, на неверной стороне в дебатах и все такое.

- Они слышали это по радио, Ральф.

- Я знаю!

- И ты не сказал ни слова.

Ральф открыл рот, потом закрыл его. Он задумался на минутку. Наконец, он ухмыльнулся и шлепнулся на кровать Теда.
- Вижу, ты уже все решил. Итак, ты сказал, Виктория будет там?

- Не стоит особо зацикливаться на этом. Она же наполовину Вейла, как тебе известно. Это означает, что любой парень, приблизившийся более чем на десять футов, будет без ума от нее.

- Я просто хотел попытаться каким-то образом загладить свою вину перед ней. Ты же знаешь про тот инцидент в Дуэльном кружке.

Джеймс застегнул свой чемодан.
- Ральф, дружище, чем меньше ты будешь говорить об этом, тем лучше.

Следующим утром, во время завтрака Большой зал был почти пуст. Сильный утренний мороз вытравил в углах окон серебряные очертания папоротников, придававшие виду по ту сторону стекла седину и призрачность. Джеймс и Ральф скоро уезжали и разыскали Зейна за столом Когтеврана.

- Тебе реально повезло, Ральф, - сказал Зейн с ухмылкой, сжимая руками свою чашку с кофе. - Я бы отдал все, что угодно, лишь бы узнать, на что похоже волшебное Рождество.

- Сказать по правде, - сказал Джеймс, наливая себе тыквенного сока. - Я сомневаюсь, что оно оправдало бы твои ожидания.

- Возможно, ты прав. Даже в лучшее время я представляю его немного похожим на здешний Хэллоуин.

- Эй, Ральф, - сказал Джеймс, подталкивая крупного мальчика, - подожди, пока увидишь наш традиционный Рождественский парад привидений! Мы будем есть конфеты в виде летучих мышей и пить горячий шоколад из черепов эльфов!

Ральф заморгал. Зейн кисло посмотрел на них и закатил глаза.
- Да, да, безудержное веселье. Нет.

- Пойдем, - сказал Ральф, наконец, поняв шутку. - У тебя будет великолепное Рождество с твоей семьей. В конце концов, ты увидишь маму и папу.

- Да, конечно. Восемь часов полета до Штатов с моей сестрой Грир, которая весь путь будет расспрашивать про жизнь в сумасшедшей школе волшебства. Она будет разочарована из-за того, что единственный способ, которым я могу воздействовать на вещи своей волшебной палочкой, это толкнуть их ею.

- Нам не позволено применять магию нигде, кроме Хогвартса, - поучительно заметил Ральф.

Зейн проигнорировал его.
- И затем Рождество с бабушками, дедушками и всеми моими кузинами в Огайо. Вы не представляете какое это безумие каждый раз.

Джеймс не мог не спросить:
- Что ты имеешь в виду?

- Представь себе традиционное американское Рождество, словно сошедшее с картины Нормана Роквелла, - сказал Зейн, обводя руками воображаемую рамку. - Распаковываются подарки, разделывается индейка, водятся хороводы вокруг Рождественской елки. Теперь понимаешь?
Ральф и Джеймс кивнули, постаравшись сдержать улыбки от похоронного выражения на лице Зейна.

- Хорошо, - Зейн отошел. - Теперь представьте болотных духов вместо людей. И вы поймете.

Джеймс рассмеялся, Ральф, как обычно, моргал и смотрел то на одного, то на другого мальчика.

- Потрясающе! - воскликнул Джеймс.

Зейн неохотно улыбнулся.
- Да, полагаю, это выглядит довольно весело со стороны. Все эти визги и царапанья, крошечные обрывки бумаги, летающие повсюду, рано или поздно попадающие в камин и потом догорающие рядом с ним.

- Что такое Болотные огни? - спросил Ральф, старательно сдерживаясь.

- Спроси у Хагрида на следующем уроке по уходу за магическими существами, - ответил Джеймс, все-таки не удержавшись от смеха. - Тогда поймешь.

Позже утром Ральф и Джеймс попрощались с Зейном и вытащили свои чемоданы во внутренний двор. Тед и Виктория уже были там, сидели на своих чемоданах на верхней ступени в обрамлении необычно тихого морозного сада. Волосы Виктории отросли настолько хорошо, насколько возможно стараниями Мадам Карио в госпитальном крыле, но новые волосы заметно отличались по цвету и текстуре. В результате Виктория носила некоторое удивительное разнообразие шляп на голове. Шляпы, при желании, несколько улучшали ее внешность, но она жаловалась на них при каждом удобном случае. Сегодня она надела маленькую горностаевую пилотку, щегольски задранную над ее левой бровью. Она холодно взглянула на Ральфа, когда тот закинул свой чемодан на ступеньку. Спустя несколько минут Хагрид подогнал повозку. Ральф открыл рот, увидев, что повозка едет сама по себе.

- Вы не должны были их увидеть до начала следующего года, честно говоря, - сказал Хагрид Джеймсу и Ральфу. Он нажал на тормозной рычаг и занялся погрузкой их чемоданов в повозку. - Так что не забудьте потом весной сделать удивленные лица, ладно?

- Ох, Хагрид, - заносчивым тоном произнесла Виктория, - если эти ужасные штуковины и вправду выглядят так, как мне мама рассказывала, то я в любом случае рада, что я их не вижу.
Она протянула руку, и Тед помог ей забраться в повозку, хотя, по сути, в этом не было необходимости.

В экипаж втиснулись еще несколько студентов, запоздало отправлявшихся на каникулы. Хагрид отвез их на станцию Хогсмид, где они сели на Хогвартс-экспресс. Поезд был практически пуст по сравнению с их первой поездкой. Вчетвером они нашли купе ближе к концу поезда и приготовились к долгому пути.

- Так Хогсмид - деревня волшебников? - спросил Ральф Теда.

- Так и есть. Родина Трех Метел и Сладкого Королевства – у них лучшие Тараканьи тарталетки в мире, и множество других магазинов. Ты сможешь ходить в Хогсмид на выходные начиная с третьего года обучения.

Ральф выглядел задумчивым, это означало, что его брови сошлись книзу, а нижняя губа выпятилась вверх, сжимая его полное лицо по направлению к носу.
- А как же волшебники охраняют магическую деревню от магглов? Я имею в виду, нет ли там каких-то дорог или чего-нибудь?

- Сложный вопрос, приятель - сказал Тед, ссутуливаясь на сидении и скидывая ботинки.

- Держите свои грязные брыкалки подальше от меня, мистер Люпин, - сморщила носик Виктория.

Тед проигнорировал ее, вытянул ноги через купе и положил на противоположное сидение.
- Я в классе старины Камнелица по Продвинутой Прикладной Техномантии в этом семестре и все, что я могу сказать тебе о местах наподобие Хогсмида, так это что они не просто скрыты, магглы вообще не могут найти к ним дорогу. Это все квантовое. Если бы Петра была здесь, она объяснила бы лучше.

- Что значит квантовые? - заинтересовался Джеймс.

Тед пожал плечами.
- Это шутка в П.П.Т. Если в чем-то сомневаешься, просто скажи "квантовый", - Он покорно вздохнул, собираясь с мыслями. - Хорошо, представите, что есть места на Земле, которые, как дыры в пространстве, затянутые резиной, понимаете? Вы не можете сказать, чем они отличаются с высоты, но они могут немного отталкивать или что-то такое. Затем, скажем, один волшебник, который действительно понимает в квантовом, проходит мимо. Он говорит: "О, вот место, где мы сможем поставить разбитную волшебную деревушку". Итак, что он делает, он колдует что-то типа огромного весомого колдовства, но на самом деле оно очень тонкое, так? И тяжелые капли падают на резиновую реальность и прогибают ее вниз, вниз, вниз. Хорошо. Таким образом, вес выталкивает резиновую реальность прямо в другое измерение, создавая пространственно-временную воронку.

- Подожди, - сказал Ральф, сосредоточенно насупившись. - Как это - пространственно-временная?

- Без понятия, - сказал Тед, пренебрежительно отмахиваясь. - Не важно. Это все квантовое. Никого это не волнует кроме старых сварливых пергаментоголовых вроде профессора Джексона. Итак, как бы то ни было, это пространственно-временная воронка в месте, где вес давит на резиновую реальность. Понимаете, магглы могут действовать только на поверхности реальности. Они не видят, где воронка погружается в это новое пространственное измерение. Для них там просто ничего нет. Однако, маги могут спускаться по воронке вниз, в основное пространство, если мы знаем, что искать, и владеем секретом. Таким образом мы строим там места типа Хогсмида.

- Так Хогсмид расположен на дне своего рода воронкообразной долины, - задумчиво спросил Ральф.

- Нет, - сказал Тед, снова выпрямляясь. - Это просто метафора, как ты понимаешь. Пейзаж выглядит как обычно, но пространственно он расположен с другой стороны пространства-времени, куда магглы не могут попасть. Большинство волшебных мест построены по этому принципу. Мы сохраняем магических существ в квантовых заповедниках. Все горные пастбища, где живут великаны, спрятаны в квантом и отсутствуют на картах магглов. Их довольно много, это работает как вычеркивание. Так вот просто.

- Просто как что? - спросил Ральф растерянно.

Тед вздохнул.
- Смотри, приятель, это как тараканьи тарталетки в Сладком королевстве. Ты не хочешь знать, как их делают, ты просто хочешь их съесть, ммм.

Ральф обмяк.
- Не уверен, что смог бы так же.

- Этот парень действительно тупой или прикалывается? - спросил Тед Джеймса.

- Но если магглы не могут пройти, - ответил Джеймс, - как тот маггл попал на школьное поле?

- А, да, - сказал Тед, снова откидываясь назад. - Загадочный нарушитель на квиддиче. Что сейчас об этом люди говорят? Он был магглом?

Джеймс и забыл, что не все, что он знал о нарушителе, стало достоянием общественности. Он вспомнил, что Невилл Долгопупс говорил о диких слухах вокруг таинственного человека с поля для квиддича.
- Да, - сказал он, стараясь, чтобы это прозвучало беззаботно. - Я слышал, он мог быть магглом. Я просто немного удивился, как маггл смог войти со всеми этими вещами, ну вы знаете, квантом.

- На самом деле, - сказал Тед, мельком взглянув в окно на сияющий день. - Я предполагаю, даже маггл сможет войти, если его будет сопровождать волшебник или вслед за кем-нибудь. Это не значит, что они не могут войти совсем. Это значит только, что их чувства расстраиваются настолько, что просто не видят вход в пространство. Если волшебник проводит его внутрь, и маггл прорвется сквозь то, что говорят ему чувства... конечно, это возможно, я полагаю. Но кто может быть настолько глуп, чтобы сделать что-то подобное?

Джеймс пожал плечами и посмотрел на Ральфа. На лице Ральфа отражалось то же, что подумал Джеймс. Глупый или нет, кто-то действительно провел маггла на землю Хогвартса. Как и почему оставалось тайной, но Джеймс намеревался сделать все, чтобы выяснить это.

На ланч все четверо ели сэндвичи, завернутые в вощеную бумагу, которые утром прихватили с кухни Хогвартса, а затем ехали в дружеской тишине. День был тяжелым и ярким, солнце сияло как алмаз над границей полей и деревьев. Мороз отступал, оставляя землю серой и серой. Силуэты деревьев врезались в небо, стоя на коврах из мертвых листьев.

Ральф читал и дремал. Виктория пролистала кипу журналов, а затем побрела искать нескольких друзей, которые, как она подозревала, были в поезде. Тед учил Джеймса играть в игру под названием "Складки и сверла", которая заключалась в том, что бы с помощью волшебных палочек левитировать кусочек пергамента, сложенный в фигуру или толстый треугольник. По словам Теда, оба игрока используют их палочки - складки - одновременно левитируя сложенный пергамент - сверло - каждый старается переместить пергамент в определенное место арены, обычно круг, нарисованный на пергаменте и расположенный рядом с противником. У Джеймса неплохо получалась левитация, но он не мог сравниться с Тедом, который просто знал как отбивать работу палочки Джеймса, подрезал сверло вне круга и внезапно пикировал на него с оглушительным шлепком.

- Все дело в практике, Джеймс, - сказал Тед. - Я играю в это со своего первого года. Временами у нас бывало до четырех человек в команде, и мы использовали сверло размером с бюст Годрика Гриффиндора в общей комнате. Я лично несу ответственность за тот факт, что его левое ухо было приклеено. Не знаю, почему заклинание Репаро не подействовало, и нам пришлось починить его так.

К тому времени, когда поезд мягко подошел к платформе Девять и Три Четверти, сумерки окрасили небо в дивный сиреневый цвет. Джеймс, Тед и Ральф терпеливо подождали, пока поезд не остановится полностью, затем поднялись, потягиваясь, и вышли на платформу.

Носильщик забрал их билеты, применил на чемоданы заклинание Акцио, довольно грубо вытащив каждый чемодан из багажного отделения и с грохотом бросив к ногам владельцев. Виктория присоединилась к ним, как только они погрузили багаж на тележку.

- Я провожу всех вас к старой штаб-квартире, - важно сказал Тед, выпрямляясь во весь рост. - Это довольно близко и твои родители, Джеймс, очень заняты сегодня со всеми, кто еще приезжает. Ну а Лили и Альбус вернутся из школы сегодня, как всегда.

Они прошли гуськом через скрытый портал, отделяющий платформу Девять и Три Четверти от платформы магглов на железнодорожной станции Кинг'с Кросс.

- Ты не умеешь водить, Тед, - сказала Виктория с укором. - И едва ли мы сможем поместиться вчетвером на твою метлу. Что ты собираешься делать?

- Полагаю, ты права, Виктория, - сказал Тед, останавливаясь в центре главного зала вокзала и оглядываясь по сторонам. Путешественники-магглы двигались вокруг них, торопясь сюда и туда, большинство были закутаны в тяжелые пальто и шляпы. Огромный зал заполнял шум, состоящий из объявлений поездов и звонких записей Рождественских мелодий.

- Похоже мы застряли, - сказал Тед мягко. - Я бы сказал, что это чрезвычайная ситуация, не так ли?

- Тед, нет! - вскрикнула Виктория, когда Тед поднял правую руку, сжимая волшебную палочку.

В вестибюле раздался раскатистый грохот, впрочем, не услышанный никем из бродящих вокруг магглов. Огромный фиолетовый предмет прямоугольной формы просочился сквозь двери, расположенные под стеклянной аркой в конце вокзала. Это был, конечно же, автобус Ночной Рыцарь. Джеймс понял, чего ожидать сразу, как только Тед подал знак, но не знал, что тот умеет двигаться вне дорог. Гигантский двухэтажный автобус сжимался и разжимался, уворачиваясь от толпы и не меняя скорости, пока не остановился, скрипнув тормозами перед Тедом. Двери раскрылись, и оттуда высунулся человек в аккуратной фиолетовой униформе.

- Добро пожаловать в автобус Ночной Рыцарь, - сказал он немного раздраженно. - Чрезвычайный транспорт для волшебников и волшебниц, находящихся в стесненных обстоятельствах. Вы в курсе, что мы в центре мерзкой железнодорожной станции Кинг’с Кросс, не так ли? Кажется, вы могли бы, по крайней мере, выйти отсюда.

- Привет, Фрэнк, - беззаботно сказал Тед, передавая чемодан Виктории кондуктору. - Это все моя больная нога. Старая травма в Квиддиче. Дело было в худшие времена.

- Старая травма в Квиддиче, ну конечно. Бабушкины сказки, - пробормотал Фрэнк, нагромождая чемоданы на полку прямо позади двери. - Попробуете всучить мне эту небылицу еще раз, и я возьму с вас по галлеону, просто чтобы досадить.

Ральф замешкался возле автобусных дверей.
- Ты же сказал, что она близко? Эта самая штаб-квартира? Может, лучше стоит, ну, знаешь, пойти пешком?

- По такому холоду? - искренне удивился Тед.

- И с его больной ногой? - кисло прибавил Фрэнк.

Ральф поднялся в автобус, и не успел он переступить порог, как двери захлопнулись.

- Угол Панкрас и святого Чеда, Эрни - назвал Тед, схватившись за ближайшую медную ручку.

Водитель кивнул, придал лицу свирепое выражение, схватился за руль, словно хотел вырвать его, и ударил кулаком по ускорителю. Ральф, несмотря на совет Джеймса, забыл ухватиться за что-нибудь. Автобус Ночной рыцарь полетел вперед, бросив его на одну из медных кроватей, которые, как ни странно, располагались на нижнем уровне автобуса вместо сидений.

- Хмммпф? - пробормотал спящий волшебник, на которого приземлился Ральф, приподнимая голову над подушкой - Уже сквер Гросвенор?

Автобус совершил непостижимо крутой поворот вокруг группы туристов, которые изучали расписание отправления поездов, пронесся через зал вокзала, виляя между бизнесменами и старыми леди, как сильный порыв ветра. Стеклянная арка нависла над ними, и Джеймс был уверен, что автобус Ночной Рыцарь не сможет пройти через дверной проем, каким бы большим он ни был. Но потом он вспомнил, что автобус, на самом деле, уже проходил через эти двери. Он подбодрил сам себя. Без промедлений автобус протиснулся через двери как водяной шар через мышиную нору, выехал на многолюдную улицу и резко повернул.



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная